«СПОРТ УИК-ЭНД»: ИГОРЬ КОБЗАРЬ: СЕРИЯ ПОРАЖЕНИЙ ОТ МОСКОВСКОГО «ДИНАМО» — СВОЕОБРАЗНЫЙ УДАР ПО САМОЛЮБИЮ

ВОЛЕЙБОЛ. Суперлига. Мужчины. Разбор полетов

Петербургский «Зенит» практически под копирку повторил результаты прошлого сезона. Успешное начало чемпионата, неожиданная смена тренера — ближе к концовке место Андрея Толочко занял Виктор Сидельников. Но рокировка ни к чему не привела. В полуфинале уже «традиционное» поражение от московского «Динамо», а в серии за третье место — от новосибирского «Локомотива».
Разобраться в метаморфозах выступлений «сине-бело-голубых» мы попытались со связующим Игорем Кобзарем, вице-чемпионом Олимпийских игр в Токио. Сезон для него получился таким же сложным, как и для всей команды. В начале чемпионата после возвращения из сборной он вдруг попал в немилость у Толочко и сел в «запас». А в серии плей-офф ему, наоборот, пришлось «спасать отчизну» и выходить на площадку со сломанным пальцем руки. Ранее травму получил еще один связующий «Зенита» — Дмитрий Ковалев.

Матчи со сломанным пальцем навсегда останутся в моей памяти

— Игорь, можно ли нынешний сезон назвать самым неудачным в вашей карьере?
— Да, можно сказать, что один из самых неудачных. Из положительного можно вспомнить только самое начало сезона — всероссийская Спартакиада для нас в принципе сложилась неплохо, и я рассчитывал на хороший результат в финале. Но, к сожалению, наш основной игрок Егор Клюка не смог в нем принять участие, поэтому матч нельзя назвать для нас боевым и упорным. Остальная часть чемпионата для меня складывалась неудачно. Все время «простоял» на скамейке, появлялся на площадке эпизодически, в основном на усиление подачи. А в плей-офф, когда Дима Ковалев травмировался, пришлось экстренно выходить на паркет, используя опыт прошлых лет.
— Что-то положительное можно все-таки вынести из сезона, о чем захочется вспоминать в будущем?
— Скорее, не положительное, а незабываемое, уникальное событие. Мне пришлось в концовке сезона играть со сломанным пальцем, и вообще у нас травмировалось оба связующих. Поэтому серии с «Динамо» и «Локомотивом», за исключением последнего матча, провел в фиксирующей лангете. Наверное, эти встречи навсегда останутся в моей памяти, и, думаю, потом часто буду рассказывать о таком необычным происшествии в карьере.
— Логично ли, что по итогам всего чемпионата «Зенит» стал именно четвертым? Можно ли говорить о каком-то преимуществе Казани или московского «Динамо»?
— Система нынешнего чемпионата с классическим плей-офф дала возможность провести достаточное количество матчей. И, думаю, она наиболее справедливая.
— Какая из неудач в плей-офф стала для вас более болезненной: от «Динамо» в полуфинале или «Локомотива», лишившая «Зенит» надежд на медали?
— Проигрыш от «Динамо» был болезненный в том плане, что мы потеряли возможность выполнить главную задачу — борьба за первое место. Да и вообще серия поражений от «бело-голубых» — своеобразный удар по самолюбию. За время моего выступления за «Зенит», за два сезона, мы смогли только раз обыграть москвичей. А серия с «Локомотивом» вышла обидной в том плане, что мы были близки к победе в каждой встрече, но уступили в итоге новосибирцам со счетом 1-3.
— Вновь все лидеры «Зенита» по ходу сезона часто оказывались в лазарете? В чем все-таки причина такого «травмопада» у команды?
— Если мы бы знали эту причину, то, наверное, смогли ее как-то решить. Но точного ответа на данный вопрос никто дать не может.

Толочко — лояльный и демократичный, а Сидельников — строгий и авторитарный

— Начиная, с полуфинала вы играли сломанным пальцем. Не слишком ли большой риск, способный поставить крест на карьере?
— Мы обсуждали эту ситуацию с нашим доктором, и в итоге удалось зафиксировать палец таким образом, чтобы минимизировать какие-то риски. Для меня, скорее, сложность заключалось в том, что пришлось фиксировать конечность руки в не самом удобном положении для контакта с мячом.
— Как вы переживали ситуацию в начале сезона, когда после возвращения из сборной неожиданно оказались в запасе?
— Очень неприятное чувство, серьезно переживал ситуацию после того, как попал на скамейку. Честно говоря, не привык находиться в такой роли.
— Как вы вообще относитесь к конкуренции на место «связки» в клубе? Многие предпочитают быть четким первым номером, и даже ставят это условие при переходе в новый клуб?
— Мое мнение: конкуренция на позиции связующего большее вредит, чем помогает. Команде проще, когда есть явный первый номер и человек, который выходит помогать в каких-то сложных ситуациях.
— В чем отличие как тренеров Толочко и Сидельникова? И не вредят ли команде такие «хирургические» меры — второй сезон подряд?
— Толочко я бы назвал достаточно лояльным к игрокам и демократичным специалистом, а Виктор Владимирович (на снимке) более строгий и авторитарный. Сложно сказать, мешают или помогают замены тренера, но они, как правило, дают какой-то импульс команде. Но, как показывает практика, не приводят к желаемому результату.
— С учетом, что Сидельников — бывший связующий, проще ли вам с ним работать?
— То, что Виктор Владимирович был связующим, упрощает работу с ним, так как он понимает это амплуа гораздо глубже и дает более четкие подсказки, установки.
— И можно ли опытному игроку вашего амплуа в зрелом возрасте как-то меняться?
— Думаю, в любом возрасте можно обучаться и корректировать какие-то свои действия.
— Давит ли на игроков, что от «Зенита» и руководство, и болельщики давно ждут золотых медалей, кубков?
— Определенное давление есть, но я не скажу, что оно больше, чем в других командах.
— Раньше говорили: где Игорь Кобзарь, там победа. Почему эта формула не перешла на «Зенит»?
— Мне нравится, что раньше так говорили. Теперь хотелось бы подтвердить эти слова на практике и в «Зените».

Иностранцы едут к нам, потому что могут здесь заработать больше, чем в других чемпионатах

— По известным причинам, сборная России и клубы не выступают в международных турнирах. Можно ли сказать, что уровень Суперлиги упал?
— Я думаю, что российский чемпионат по-прежнему остается одним из сильнейших в мире, и мы могли бы на равных конкурировать с лучшими европейскими клубами. И на уровне сборных наша команда была бы в числе лидеров. Нет, на данном временном отрезке нельзя говорить, что уровень волейбола в нашей стране упал.
— Ваша сестра, Виктория, недавно стала чемпионкой Франции в составе «Волеро». Не зовет ли к себе, выступать в местном чемпионате?
— Спасибо, что упомянули чемпионство моей сестры. Я горжусь ей, это выдающийся результат. А зовет ли к себе играть? Женский и мужской волейбол — это два разных мира, и ее знакомства точно не помогут мне устроиться во французской лиге. И еще есть важный момент, почему наши игроки остаются в России.
— Какой?
— Получая такие же контракты, как в Европе, а то и большие суммы, игроки могут находиться на родине со своими семьями. А я тоже семейный человек, для меня это ключевой фактор. Иностранцы же едут к нам, потому что здесь могут заработать больше, чем в других чемпионатах.
— Стала ли сестра связующей именно по вашему примеру?
— Не думаю, что именно глядя на меня. Так вышло в процессе карьеры, что это амплуа ей подошло больше всего.
— Насколько серьезно вы относитесь к женскому волейболу? И хотите ли, чтобы дочки продлили династию?
— Я уважаю женский волейбол, но, конечно, в мужском — другие скорости и другая мощь. В своем коллективе мы немножко подшучиваем над дамами, но, безусловно, у волейбола женщин есть свои преимущества, своя определенная красота. А по поводу детей, не уверен, что хочу увидеть в них профессиональных спортсменов. Но как их судьба сложится — решат они сами.
— Что отталкивает? Ведь ваши родители тоже связаны со спортом.
— Я все-таки считаю, что профессиональный спорт не для женского организма. На пользу здоровью занятия точно не идут. Да и мужчинам приходится непросто, но они все-таки больше приспособлены к тяжелому физическому труду. Существуют анатомические различия… Есть, конечно, тот же женский волейбол, фигурное катание, художественная гимнастика… Но даже в них присутствует повышенный травматизм.
Игорь ГУРФИНКЕЛЬ.